Название Послания

Я бы хотел рассказать, почему у нашего Послания есть имя, почему оно называется Суфийским Посланием. Никакая организация, никакая деятельность, предназначенная для духовной работы, не может существовать без формы. Форма ей необходима так же, как и людям четыре стены и крыша над головой, чтобы укрыться от чрезмерного холода и жары; а дом этот должен быть в каком-нибудь городе, в какой-нибудь провинции, и на нем должен быть номер. Даже если мы и противимся номеру, его все равно повесят.
Послание, которое дается человечеству, является Посланием мудрости. Оно приходит непосредственно изнутри. Оно предназначается для человечества, поскольку ныне мир испытывает в нем особую нужду, и не важно, сколько сопротивления оно встретит, в конечном итоге оппозиция будет устранена. Истина победит. Тем не менее, мы должны работать в рамках общества, хотя наша организация не является каким-нибудь обществом из множества других, все равно ей необходима форма общества. Послание должно быть передано, а для этого нужна организация, хотя общество служит лишь средством, а не конечной целью. Конечная цель состоит в том, чтобы выполнить определенное предназначение этого века, и мы наделены привилегией участвовать в этом. Поэтому нам должно быть прежде всего ясно, что такое Суфизм или что такое Суфийское Движение.
Поскольку во внешнем плане я принял посвящение в рамках суфийского ордена (мой муршид, которой меня крестил в истинном смысле этого слова, был суфием), то я, естественно, чувствую величайшую необходимость, честь и привилегию дать этому посланию название «Суфийское». Однако это не ставит его в какую-то обособленную категорию, не делает его еще одним вероисповеданием или же даже одной из специфических суфийских школ. Это мировое Дело, это мировое послание, его нельзя связать ни с какой определенной организацией.
Вы можете спросить, когда Суфийское Послание началось в моей жизни? Даже до принятия посвящения, с первого вдоха на этой земле, с каждым шагом, с каждым вдохом я вбирал в себя Послание. Когда я сейчас смотрю назад на свою жизнь, я вижу, что с каждой ступенью моего пробуждения во внутренней жизни, я, прежде всего, осознавал это Послание, которое должно быть принесено человечеству. Без сомнения, с каждым мигом моей жизни я все больше его осознаю, хотя и не могу сказать, что полностью пробужден, поскольку этого никогда не произойдет. С каждым мигом видение углубляется, горизонт перед глазами расширяется, позволяя мне учиться и передавать его людям на человеческом языке.
Поэтому не надо смотреть с человеческой точки зрения ни на наши успехи, ни на наши неудачи. Если бы я обращал внимание на обретенный успех с человеческой точки зрения, то я бы покинул запад и давно бы вернулся в свою страну с разбитым сердцем и разочарованный. Если беспрестанно стучать в железные стены, годами петь песни оглохшим, то сердце у человека может легко разбиться. Но я не считаю мирской успех успехом, и я всегда чувствовал и верил, и всегда буду верить, что только лишь истина — успех. И если с мирской точки зрения успех себя не проявляет, то и не важно, истина сама – суть успеха. Никогда я не смотрю на неудачу как на неудачу. Она только лишь вдохновляла меня, наделяла мужеством, преподносила мне урок. Всякий малый промах мне показывал, как лучше искать Бога. Поэтому я никогда не чувствовал себя расстроенным или же разочарованным, лишь испытывал большой энтузиазм. В Вадане вы прочтете, что с каждым ударом по сердцу выключатель поворачивается и зажигается свет; поэтому кажущиеся неудачи придавали мне больше сил и вдохновения, чем успех. Я всегда считал, что успех и неудача подобны двум крылам суфийской эмблемы. До тех пор, пока отношение у человека праведное, как одно, так и другое значения не имеют. До тех пор, пока мы будем целеустремленными, с твердостью и убежденностью преследовать свою цель, нам будут способствовать в продвижении вперед, помогая идти гораздо дальше, чем мы себе можем вообразить, вплоть до осуществления своей задачи.
А теперь встает вопрос для нас, членов новаторского Движения: что же мы должны делать? Я скажу вам: мы должны выкинуть из головы слово «должен». Мы ничего не должны делать, но многое мы сделаем. Поскольку слово «должен» означает подчинение принципу, даже если мы не желаем, чтобы принцип нас подчинял. Однако многое мы осуществим; это должно стать нашей главной задачей. Прежде всего, благодаря практикам, которые мы каждый день выполняем, мы будем обладать силой и вдохновением, которые помогут нам в повседневной жизни и в работе на благо Дела. Пренебречь практиками значит уподобиться солдату, который никогда не участвует в учениях, ведь когда придет война, он окажется в трудном положении. Возможно, солдату придется воевать только раз в жизни, нам же приходится сражаться каждый миг любого дня. Мы – солдаты, которым никогда не дают вольную; с утра до вечера нам нужно терпеливо переносить всех несведущих людей. Нет конца нашей борьбе, поэтому и неистощимы вдохновение и сила, которые нам необходимы для продолжения жизненной битвы. Какой бы скромной и незначительной наша жизнь ни была, нам надо прилагать большие усилия. Даже если человек богат, богатства его принуждают еще сильнее сражаться. Если человеку нечего делать, то ему тоже тяжело; если у человека слишком много дел, то и ему приходится бороться. Битвы по жизни избежать нельзя. Наши медитации, наши практики нам позволяют выстоять в трудные времена и мужественно выступить на встречу всем нашим битвам, в то время как пренебрежение ими приведет нас к разочарованию. Мы уподобимся солдатам, которые посреди войны безоружны и оказываются в трудном положении.

У нас, избравших путь истины, битвы более тяжелые, потому что мы чувствуем глубже. Трудности давят на нас гораздо сильнее, чем на тех, которые не питают интереса к духовным вопросам, поскольку следуя по духовному пути, наша чувствительность заостряется. Наши чувства становятся нежнее, наше сострадание — более глубоким, наше сознание – более живым, наше чувство справедливости – более выраженным. Мы готовы призвать к ответу прежде всего себя, нежели ближнего. Поэтому жизнь наша во всем более трудна, чем у обыденного человека. В связи с этим нам необходимо иметь заряд, силу выстоять все, что нам в жизни встречается, иными словами привнести в нашу жизнь равновесие. Чем тоньше, чем нежнее наши чувства становятся, тем сильнее, тем могущественнее мы должны стать, чтобы наладить равновесие.
Есть еще одна сторона, и она заключается в том, что нам не следует экспериментировать с чудотворством. Есть много обществ, которые занимаются общением с духами, экспериментируют с психикой, которые интеллектуально заинтересованы махатмами Гималаев и прошлыми инкарнациями. Мы все это оставляем тем, которые в них имеют интерес. Какой же тогда основной предмет нашего интереса в жизни? – выразить посредством своего духа, посредством своей личности божественное начало. Если мы не будем к этому стремится, то не добьемся того, что вызывает энтузиазм у множества людей, и ни достигнем главной цели. На востоке говорят, что ангелы были сотворены, чтобы прославлять имя Господня, что звери были созданы, чтобы есть, пить и спать. Для чего же человек был сотворен? Не для того, что жить подобно ангелу, восхваляя Господа каждый миг дня, и не для того, чтобы есть, спать, веселиться, растрачивая таким образом всю свою жизнь. Человек был создан, чтобы выявить Бога, развить в духе своем божественное начало, чтобы мог он выразить Бога во всем, что говорит и делает: в мыслях, словах и поступках. В этом должна состоять наша главная цель, таков идеал, который следует осуществить в жизни упорным трудом. Духовность не означает быть жонглером, чудотворцем или сказителем; духовность – это выражение божественного Духа.
А теперь подойдем к вопросу, каким должно быть наше отношение к ближним. Мы должны поощрять тех людей, которые нам сочувствуют, и нам следует стараться делать незнакомцев друзьями, и никогда не превращать друзей в посторонних нам людей. Мы должны ценить дружбу, и если мы с кем-нибудь подружились, то нам необходимо поддерживать дружбу. В этом состоит тайна духовности. Мы не навязываем другим своей веры и верования, однако мы должны их подготовить, чтобы они могли оценить наше мировоззрение. Даже если мы сможем этого добиться только через десять лет, даже если за десять лет только один человек сможет увидеть Послание с нашей точки зрения, то уже что-нибудь будет достигнуто. Если же мы будем стараться навязать им свои представления, то станем настраивать их против себя. Вы не можете поверить, что в процессе работы на благо Дела я на своем опыте видел, как многие труженики, с энтузиазмом и искренностью отдающие свои души и время Делу, порождают в других враждебные чувства, несмотря на все добрые намерения приблизить их к Посланию! И таким образом, вместо добра приносится много вреда.
Также многие, не знающие психологии людей, ненароком произнесут хвалебное слово в сторону Дела или же Муршида, скажут что-нибудь о величии Послания или же об утонченном принципе суфийской философии, и тем самым настроят против себя человека, который неспособен в один миг эти идеи охватить. Поэтому в настоящий момент так существенно важно для нас, новаторов, быть чрезвычайно осторожными не испортить их интереса к Посланию бесповоротно, никоим образом не настраивать их против себя и лишь терпеливо ждать. Я был свидетелем, как один человек, который слышал меня один раз десять лет назад, пришел ко мне снова, потому что тогда не испытал враждебных чувств. Если же вы будете вызывать в человеке антагонизм, то он навсегда будет потерян как для вас, для Послания, так и для него самого. Жалко не того, что он не станет членом нашего общества, что от этого? Очень печально, что он потеряет себя и Послание. Кроме того, не надо притягивать ваших родственников, дорогих и близких вам людей к тому, что вас интересует, оставьте их. Стараясь их заинтересовать, вы оттолкнете их. Если же человек испытал неприязнь, то он навечно потерян, но если вы будете идти медленно, то когда-нибудь наступит день, и этот человек оценит то, что вы хотите сказать, и лишь благодаря вашей убежденности они будут этим дорожить больше всего на свете. Пусть те, которые предпочитают оставить нас, уйдут с улыбкой: если сегодня они нас поприветствуют, то завтра они к нам придут.
Однажды я сильно поразился. Один человек, которому было свойственно переходить от одного общества к другому, пришел в Суфийское Движение из Теософского Общества. Эта дама имела определенное влияние в Голландии, и поэтому многие члены Теософского Общества были очень огорчены, когда она его покинула. В сердце у нее остались нежные чувства к Теософскому обществу, поскольку придя в Суфийское Движение, она продолжала ему симпатизировать. Однажды в Гаагу приехала Мадам Безант, и та дама с тяжелым сердцем пошла ее навестить. Она сказала Мадам Безант: «Мне очень жаль, что надо было мне уйти, но вы поймете, что ученичество – мое предназначение, и я пошла к Инайят Хану». Мадам Безант ответила: «Идите. Многие подобно вам приходили и уходили из нашего общества; ваш уход для нас не потеря». Вы не поверите, с этого дня то сочувствие, которое у нее оставалось к Теософскому обществу, тут же было смыто, и те незначительные муки совести, которые она испытывала, оставив Теософское общество, были сметены Анной Безант. Она пришла ко мне улыбаясь и сказала: «Я очень рада, что она мне так сказала». Вам понятна психология этого инцидента. Если бы Мадам Безант себя сдержала, ее собеседница сохранила бы теплые чувства в сердце и сочувствие к Теософскому обществу, но этот один жестокий ответ вызвал антагонизм на всю ее жизнь. Она больше никогда не обращалась к Теософскому Обществу. Только представьте себе!
Этот пример психологического подхода не имеет ничего общего с учением и лишь является иллюстрацией отношения труженика, демонстрируя, какое влияние оказывает на человека такое отношение. В нашей повседневной жизни мы должны всегда принимать во внимание психологию и считать ее наиважнейшей частью духовной деятельности. Вы будете глубоко удивлены, услышав мой опыт духовной работы; встречи случаются каждый день и им конца нет. И столько всего поразительного! Некоторые приходят и говорят: «Мне не по душе посвящать себя личности какого-либо учителя; я только хочу изучать сами учения». Другой приходит и говорит: «Лишь Вы – Суфийский Орден, Вы – Само Движение; если бы Вы не были наставником, мне бы и в голову не пришла мысли вступить в Движение. Я бы противился ему; лишь ради Вас я здесь». Третий приходит и говорит: «Муршид, если Вы будете меня учить, то я буду вашим учеником на всю жизнь, но других членов я не могу переносить». Четвертый заявляет: «Да, я верю во все, что вы учите, но я не хочу стать суфием». Я этому человеку тогда отвечал: «Значит вы не хотите стать мудрецом, поскольку суфий значит мудрый!» Следующий говорит: «Я сильно заинтересован в том, чтобы научиться следовать по духовному пути, только я не хочу быть связан никакой дисциплиной». Другой заявляет: «Я не желаю присоединяться к обществу». Однако же вы принимаете членство нации! Ведь вы не можете существовать без нации, жить, не будучи гражданином, и, тем не менее, вы не хотите пользоваться привилегиями общины? Вы хотите обрести наивысшую привилегию жизни, которой является мудрость, и вы не хотите присоединиться к группе. Только представьте себе!
Другой говорит: « Муршид, я не могу выполнять механическую практику, повторяя одно слово; она меня утомляет». Тот, кто отправляется к специалисту постановки голоса, корчит невероятные рожи с открытым ртом, чтобы улучшить голос; он делает всевозможные гримасы для развития голоса. Когда же дело доходит до высочайшего и наиболее важнейшего аспекта жизни, он не может сидеть и повторять сто раз одно слово; он говорит: «Меня это раздражает!»
Они не станут присоединяться, они не возьмутся за дисциплину, они не будут уважать учителя, они не будут считаться с другими членами, они не будут учиться и выполнять практики, — но они хотят быть духовными! Не встречаю ли я такие примеры ежедневно? А сколько таких случаев, вы даже не можете себе вообразить. Тем не менее, я всех принимаю. Одного за его палец, другого за кисть, третьего за руку, четвертого за ногу; тем или иным образом они все стали членами. И придет время, когда они поймут. Поэтому, мюриды мои, трудностей у нас много. Эта работа новаторская, и ее чрезвычайно трудно выполнять, особенно в этом момент, когда мы только начинаем. Нам единственно придает силы вера наша в истинность Послания, которая помогает нам в течение всей жизни. Чем больше мы будем сплачиваться, тем больше мы будем ощущать истинность Дела, тем лучше мы сможем выполнять свой долг.
Все эти аспекты Послания подобны разным нитям, а тот человек, который не хочет быть связанным, думает: «Я могу развязать нить», — тем не менее, расслабив ее, он все равно чувствует себя повязанным; такова природа человека. Человек хочет быть свободным, однако он слишком себя бережет, не позволяя себе освободиться. У таких людей неправильное понимание свободы. Однажды в Нью-Йорке ко мне пришли представители общества Лиги Гуманизма, основанной Лэди Монтагю. Они со мной безостановочно говорили о своих идеях. Затем сообщили: «Мы хотим, чтобы Вы стали членом нашего общества, как Вы на это смотрите?» Я сказал: «С большим удовольствием. Ваши идеи и принципы мне приходятся по душе. Я ваш член!» Знаете ли вы, к чему привела такая готовность? Они выбрали меня лидером своего общества на семь лет. Раньше на этом месте был архиепископ, а теперь назначили меня. Я подумал: «Хорошо, ставьте меня куда угодно. Это меня не отстраняет от Послания, которое я должен приносить миру».
Люди чрезвычайно чувствительны к вопросам членства. Присоединяясь к чему-либо, человек не оказывается действительно привязанным. Настоящее значение свободы заключается совсем в другом. Человек может стоять в гуще толпы и быть от всего свободным, а другой может жить в лесу и чувствовать себя в плену. Порабощенность зависит от мышления, а не от условий.

Есть одна история о великом Мадзубе. Мадзуб – добрый мудрец, который всегда старается поступать так, как будто он не совсем в своем уме. Поэтому некоторые его узнают, что его отнюдь не тревожит, а другие думают, что он сошел с ума. Нечто подобное существует в Ирландии, где их называют юродивыми. На Востоке это частое явление; многих великих душ можно увидеть в этом облачении. Я сам знал этого Мадзуба, о котором сейчас рассказываю. Однажды ночью он шел по улице, и его заметил полицейский. Согласно закону этого города после десяти часов никого не должно быть на улице. Участковый спросил: «Почему вы бродите в такой час ночи?» Мудрец не знал, сколько было времени. Он шел с абсолютным покоем в душе и поэтому не ответил. Полицейский продолжал: «Почему вы не отвечаете? Вы вор?» Тот улыбнулся и ответил: «Да». Тогда полицейский забрал его в участок, поскольку был недалеким человеком. Этот Мадзуб провел в тюрьме всю ночь. Он был так счастлив, как если был самим царем и восседал в дворцовых палатах. Утром пришел начальник участка, и полицейский гордо заявил, что арестовал вора. Тогда начальник увидел сидящего мудреца и сильно на полицейского рассердился. Он сказал: «Зачем ты это сделал? Почему ты его арестовал?» «Он ведь сам признался, что вор» — ответил участковый. После этого начальник попросил у мудреца прощения и отпустил его.
Значение этой истории состоит в том, что для великого мудреца, сознание которого есть Всеобщее Сознание, нет ничего несуществующего. Нет ничего, кем бы он ни был. Называйте его вором — он и вор, называйте его царем — он и царь; святым – он и святой, дьяволом – он и дьявол. Какое бы имя вы ему ни давали, он ответит, что является ими всеми. Для таких примеров настоящей свободы, плен – не плен и не тюрьма; посадите их в заключение, а они в тоже время будут на небе. Они ищут свободу. Они ее добиваются, углубляясь в знание, прозревая жизнь, обретая знание истины и поднимая сознание. Чтобы достичь эту цель, они не беспокоятся о том, кем они были в прошлом воплощении, или же кем они будут в будущем. Подобные переживания служат лишь выражением эго.
Люди все время хотят навести справки о том, что они тут же забудут. Однажды в Сан-Франциско я пошел навестить одну знакомую, которую я ранее встречал раза два. При каждой встрече она задавала мне один и тот же вопрос, вопрос о перевоплощении душ. Каждый раз я ей давал тот же ответ, но она его никогда не слышала, и даже если бы я ей отвечал сотню раз, она бы все равно его не услышала. У нее в голове стоял лишь один вопрос, он звучал громче ответа; поэтому она ничего кроме своего вопроса не знала. Как сказано в Вадане: «Почему» — это зверь, у которого тысяча хвостов. Каждый раз, кидая ему кусок, он сбрасывает один из своих скрюченных хвостов и поднимает другой. Его голод неутолим до тех пор, пока пасть его открыта«. “Почему” и будет беспрестанно стоять пока не получит удовлетворения. Ответов может быть тысяча, но у таких людей нет веры; ответ их не достигает. Перед ними одно бесконечное “почему”.



Чаша саки

13 Дек Любовь развивается в гармонию, а из гармонии рождается красота.

Вадан

Как достоинства так и недостатки являются ступенями, ведущими как вверх так и вниз.

Отблески мыслей

Ни одному принципу, каким бы хорошим он ни был, не стоит следовать слепо. Нет никакого благодеяния, если поступая в согласии с принципом, нарушается гармония или же возникают препятствия на пути развития начинаний человека.

Последние статьи

Теги

Архив